sredamadeinest (sredamadeinest) wrote,
sredamadeinest
sredamadeinest

Category:

Гарпия всегда остается гарпией

Габриэль Витткоп
«Вечный альманах гарпий»
Тверь, «Kolonna Publications» / «Митин Журнал» 2008

          Лихтенштейн в текущей современности остается единственным государством в мире, на гербе которого присутствует гарпия; между тем в академической геральдике за гарпией закреплено значение вроде «готовности проявить свирепость в случае злонамеренного провоцирования». Едва ли, конечно, карликовое княжество стремится таким образом одним из своих символов горделиво донести исполненное достоинства предостережение подобного содержания до своих потенциальных недругов; скорей уж в этом приписываемом изображению гарпии смысле стоит заподозрить одну из черт характера великой француженки Габриэль Витткоп, признававшейся в том, что одним из самых излюбленных ее занятий было рисование гарпий при непременном наделении их на рисунках ее собственным лицом. Однако, размышляя на тему того, почему Габриэль Витткоп могло нравиться представляться себе гарпией или идентифицировать себя с ней, правильнее будет, наверное, искать прежде всего сопряженные не с семиотикой, а с этимологией объяснения этому ее пристрастию. По самой распространенной из версий, гарпия — о ком бы ни шла речь: о крупной хищной птице или о мифологическом существе с лицом и грудью женщины и туловищем орла – обязана своим наименованием в самых разных языках древнегреческому глаголу «арпадзо» — «хватать» или «похищать»; надо ли напоминать, что мотив похищения — мертвецов ли, или же детей — оказывался едва ли не самым звучным в лучших романах Витткоп, речь в которых шла о романтичных труполюбах или кровожадных педофилах.
           «Вечный альманах…» — это не роман Витткоп, а краткий курс ее учения о гарпиях «с объяснением их происхождения, повадок, обычаев, метаморфоз и судеб»; этот курс, среди прочего, содержит в себе мифологические экскурсы, орнитологические и лепидоптерологические справки, и даже толкования технических терминов. Все эти документы свидетельствуют о том, что гарпия остается гарпией всегда – даже если ей выпало быть бабочкой или применяемым в производстве макаронных изделий зубчатым чугунным цилиндром для раскатывания теста по настилу, покрытому листовым железом; и в таких своих ипостасях гарпия обязательно проявляет многожды отмеченные за ней исследователями древнегреческих текстов и южноамериканской фауны агрессивность и безжалостность: например, когда гусеница буковой гарпии раздражена, она выбрасывает спиралевидные огненно-красные волоконца, испускающие зловонную железистую слизь, а при производстве лапши гарпия имеет обыкновение не раскатывать тесто, а разрывать его в клочья и разбрасывать в стороны. Этот курс иногда становится похож на сонник, в котором даются разъяснения скрытосмыслий самых часто встречаемых в человеческих сновидениях связанных с гарпиями сюжетов («Если вам снятся летящие гарпии, заполнившие целый собор, берегитесь сифилиса»), иногда – на кулинарную книгу, рецепты в которой, правда, описывают использование яиц гарпии скорее не в кулинарных, а в оккультных целях, а порой – на коллекцию трофеев фольклорной экспедиции, предпринятой в края, где архиглубоки традиции сложения о гарпиях легенд, сочинения о них басен и распевания о них частушек. Но рядом со всем этим великолепием еще более блистательными выглядят те тексты, которые, будучи несомненным украшением контекста, в который они оказались помещены, сами, безо всякого сомнения, ничуть не растратили бы своих достоинств, случись им быть воспроизведенными вне его. Это три новеллы — «Тепличные дамы», «Голубая гарпия» и безымянная; в первой из них рассказана история бесследного исчезновения мальчика в оранжерее, во второй повествуется об убийстве дочери матерью на почве ревности — как кульминации лесбийской инцестуальной связи, а в третьей речь идет о влюбленном в чучело грифа юноше, и органичность присутствия каждой из них в пособии по гарпиистике вовсе не означает, что эти новеллы выглядели бы менее уместными в условном сборнике рассказов Габриэль Витткоп, не объединенных какой-либо очевидно единой тематической линией.
          Не условное, а вполне реальное собрание новелл Витткоп, изданное во Франции в 2003-ем году под титулом «Le Sommeil de la raison», в 2009-ом году должно быть выпущено по-русски в качестве уже пятой по счету книги Витткоп в каталоге издательства «Kolonna Publications» (в лице «Вечного альманаха…» мы имеем дело с четвертой); и как ни будь завораживающ издательский анонс контента этого сборника, обещающий истории о том, как муж забивает беременную жену тростью в горящем кинотеатре, распутники напаивают шампанским уродов в католическом приюте, дочь соблазняет отцовских любовниц, клошар вспоминает убийства детей в заброшенном дворце, а 12-летнюю девочку отдают в индонезийский бордель, можно не сомневаться в том, что три упомянутые роскошные новеллы из «Вечного альманаха…» можно репрезентовать не менее ярко. И, что еще более важно, оставаясь «новеллами о гарпиях», эти три новеллы вполне соответствуют и заявленным в том же анонсе основным темам «Сна разума», пусть и более абстрактно — чем в случае с гарпиями — сартикулированным: «Все несет печать уничтожения», «Смерть бодрствует даже во сне». Таким образом, в некотором роде можно сказать, что «Вечный альманах гарпий» несет информированным русскоязычным ценителям литературного наследия Габриэль Витткоп и немедленное счастье, и радость предвосхищения счастья грядущего. Широкая популяция таких ценителей оказалась выращенной уже после смерти Витткоп, с момента каковой только что минуло 6 лет (22-ое декабря 2008-года – не только день 88-летия Витткоп, но и дата 6-ой годовщины со дня ее самоубийства); начало этому процессу было положено в 2003-ем году публикацией в «Митином журнале» фрагмента русского перевода «Некрофила». С тех самых пор принадлежность к этой популяции — чрезвычайно ценная рекомендация в кругах людей с выдающимся вкусом.
          Это точно так же верно, как и то, что «февральскими вечерами, когда в трескучий мороз застывшая земля гулко вторит шагам, терзаемые голодом гарпии приближаются к городам». Мальдорор считал, что человеку, которому хочется, чтобы с него сняли скальп, лучше всего — для гарантированного исполнения своего желания — поступить следующим образом: предоставить себя в полное распоряжение ангорской кошки, предварительно опустив на ее глазах ее котят в кипящий спирт. Оказывается, есть и способ устроить все так, чтобы от тебя не осталось бы ничего, кроме окровавленного скальпа: для этого нужно, завидев в лютый февральский вечер на облатке полной луны недвижных и будто нарисованных тушью нахохленных гарпий, поискать тропинку побезлюдней и сделаться на ней одиноким путником. Это одна из множества удивительных истин, открывающихся людям с выдающимся вкусом при чтении книги о птицах с выдающимся аппетитом.
Subscribe

  • Дневник войны с баранами (часть I)

    Маруся Климова «Холод и отчуждение» Москва, «Опустошитель» 2019 «Холод и отчуждение» — очередной том из того корпуса текстов Маруси Климовой,…

  • Дневник войны с баранами (часть II)

    Не уступающей в уродливости обыкновению носить выцветшую или мешковатую одежду Маруся считает, например, манеру чавкать во время еды; любое…

  • В лето полных дерьма трусов

    Ален Гироди «Здесь начинается ночь» Тверь, «Kolonna Publications» 2019 Человек крайностей, — такое впечатление, наверное, обречен поначалу…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments